Добро Пожаловать Международное Евразийское Движение
Поиск 
 
                             

16 декабря, суббота Новости Регионы Евразийский Союз Молодёжи Евразия-ТВ Евразийское обозрение Арктогея  

Разделы
Евразийское Обозрени
СМИ о евразийстве
Новости
FAQ
Материалы
Выступления Дугина
Интервью Дугина
Статьи Дугина
Коммюнике
Хроника евразийства
Тексты
Пресс-конференции
Евразийский документ
Геополитика террора
Русский Собор
Евразийская классика
Регионы
Аналитика
Ислам
США против Ирака
Евразийская поэзия
Выборы и конфессии
Экономический Клуб
Интервью Коровина
Статьи Коровина
Выступления Коровина
Евразийство

· Программа
· Структура
· Устав
· Руководящие органы
· Банковские реквизиты
· Eurasian Movement (English)


·Евразийская теория в картах


Книга А.Г.Дугина "Проект "Евразия" - доктринальные материалы современного евразийства


Новая книга А.Г.Дугин "Евразийская миссия Нурсултана Назарбаева"

· Евразийский Взгляд >>
· Евразийский Путь >>
· Краткий курс >>
· Евразийская классика >>
· Евразийская поэзия >>
· Евразийское видео >>
· Евразийские представительства >>
· Евразийский Гимн (М.Шостакович) | mp3
· П.Савицкий
Идеолог Великой Евразии

(музыкально-философская программа в mp3, дл. 1 час)
Кратчайший курс
Цели «Евразийского Движения»:
- спасти Россию-Евразию как полноценный геополитический субъект
- предотвратить исчезновение России-Евразии с исторической сцены под давлением внутренних и внешних угроз

--
Тематические проекты
Иранский цейтнот [Против однополярной диктатуры США]
Приднестровский рубеж [Хроника сопротивления]
Турция на евразийском вираже [Ось Москва-Анкара]
Украинский разлом [Хроника распада]
Беларусь евразийская [Евразийство в Беларуси]
Русские евразий- цы в Казахстане [Евразийский союз]
Великая война континентов на Кавказе [Хроника конфликтов]
США против Ирака [и всего остального мира]
Исламская угроза или угроза Исламу? [Ислам]
РПЦ в пространстве Евразии [Русский Народный Собор]
Лидер международного Евразийского Движения
· Биография А.Г.Дугина >>
· Статьи >>
· Речи >>
· Интервью >>
· Книги >>
Наши координаты
Администрация Международного "Евразийского Движения"
Россия, 125375, Москва, Тверская улица, дом 7, подъезд 4, офис 605, (м. Охотный ряд)
Телефон:
+7(495) 926-68-11
Здесь же в штаб-квартире МЕД можно приобрести все книги Дугина, литературу по геополитике, традиционализму, евразийству, CD, DVD, VHS с передачами, фильмами, "Вехами" и всевозможную евразийскую атрибутику.
E-mail:
  • Админстрация международного "Евразийского Движения"
    Пресс-служба:
    +7(495) 926-68-11
  • Пресс-центр международного "Евразийского Движения"
  • А.Дугин (персонально)
  • Администратор сайта


    [схема проезда]

  • Заказ книг и дисков.
    По почте: 117216, а/я 9, Мелентьеву С.В.

    Информационная рассылка международного "Евразийского Движения"

  • Ссылки



    Евразийский союз молодёжи width=

    Русская вещь width=

    Евразия-ТВ width=
    Счётчики
    Rambler's Top100



    ..

    Пресс-центр
    · evrazia - lj-community
    · Пресс-конференции
    · Пресс-центр МЕД
    · Фотогалереи
    · Коммюнике
    · Аналитика
    · Форум
    Евразийский экономический клуб

    Стратегический альянс
    (VIII заседание ЕЭК)
    Симметричная сетевая стратегия
    (Сергей Кривошеев)
    Изоляционизм неизбежен
    (Алексей Жафяров)
    Экономический вектор терроризма
    (Ильдар Абдулазаде)

    Все материалы клуба

    Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru
    Статьи Дугина | ''Крымская правда'' | Главная диктатура | Александр Дугин: ''Приходит момент обратиться к «демократии братства», к «национальной демократии»'' | 10.01.2007 Напечатать текущую страницу
    Крымская правда

    Релевантные ссылки:

    Права народов и права человека

    Кавказу нужна своя кавказская демократия, России нужна своя русская демократия

    Очень своевременный неологизм

    Александр Дугин

    Главная диктатура

    Проблема ли "Проблема-2008"?

    Опубликовано в газете "Крымская правда" (Симферополь) № 200 от 2 ноября 2006

    Питерское издательство "Наука" издало знаменитую книгу немецкого классика политической мысли Карла Шмитта "Диктатура". Появление фундаментального труда на русском языке заставляет задуматься над смыслом этого понятия.

    Карл Шмитт трактует термин "диктатура" чисто технически, в отрыве от каких бы то ни было моральных оценок. А мы-то привыкли любые формы диктатуры безоговорочно осуждать, заведомо подменяя политологический анализ морально-эмоциональной оценкой.

    Многие политологические термины претерпели в нашей истории сходную судьбу: мы то превозносили социализм и коммунизм, то резко их ниспровергали, то восторгались свободой и демократией, то проклинали их. Так же и с "диктатурой". Еще со времен Монтескье термин "диктатура" применялся как нейтральный, чисто технический концепт для описания определенных политико-юридических периодов римской истории - например, эпохи правления Суллы или Цезаря - и их аналогов в других обществах.

    Диктатура вводится тогда, когда традиционный политический уклад и имеющиеся легальные институты и инстанции не могут справиться в рамках обычной управленческой практики с остро стоящими историческими задачами. В этом случае объявляется чрезвычайное положение и определенной личности или группе лиц вручают особые полномочия для решения возникших проблем, разобраться с которыми иным способом не представляется возможным.



     

     

     

    Архивы Евразии

    10.01.2006 - Где ''рванёт'' после Австралии?

    В анализе явления Шмитт вводит два важнейших понятия - "диктатура комиссарская" и "диктатура суверенная".

    Комиссарская диктатура предполагает, что диктатор (индивидуальный или коллективный) получает в условиях чрезвычайных обстоятельств "право" на диктатуру ("комиссар" - от латинского "comissio", "поручение"). Комиссарская диктатура, таким образом, основана на декрете некоторого политического субъекта: это могут быть парламент, сенат, народ, сословие, олигархическая группировка, этническая или религиозная община, класс или идеологическое движение. В любом случае установлению такой диктатуры предшествует акт "поручения", а значит, у нее есть "комиссионеры", "поручители" - те, кто осуществил этот акт и определил его цели и задачи, иногда вместе со сроком действия и условиями осуществления диктатуры.

    Комиссарская диктатура имеет некоторую правовую базу и ряд легитимирующих ее ограничений. Этот тип диктатуры устанавливается для исполнения вполне конкретного объема действий и решения ясно определенных задач. Диктатор-комиссар легитимен в той мере, в какой он реально исполняет вмененную ему задачу. Но чрезвычайный характер задачи позволяет реализовывать это в условиях, когда обычными нормами права и традиционными политическими институтами и процедурами можно или даже нужно пренебречь. Легитимность диктатора-комиссара истекает, когда поставленные цели выполнены и чрезвычайная ситуация преодолена. По этой логике действует и аппарат комиссарской диктатуры, повторяющий на нижних уровнях принцип всей системы. Суверенная диктатура предполагает полновластие диктатора в отрыве от какой бы то ни было цели, вне всякой легитимации, кроме индивидуальной воли. Суверенная диктатура тождественна тирании или деспотии. Здесь вся система политико-административных нормативов опущена ниже абсолютной власти автократа.

    Анализ Карла Шмитта в отношении диктатуры чрезвычайно плодотворен для осмысления российской истории ХХ века. С самого начала прошлого столетия в России наступила сплошная полоса "чрезвычайных обстоятельств". Диктатура начинала неумолимо мерцать на горизонте уже после событий 1905 года, когда последний русский царь оказался перед вызовом проигранной Русско-японской войны и угрозой революции. Николай II после событий Кровавого воскресенья колебался между демократизацией монархии и введением диктатуры. А через 12 лет самодержавие падет, диктатура станет реальностью. Но на сей раз это диктатура пролетариата.

    Она принадлежит к разряду типичных комиссарских диктатур. Это учение было до деталей прописано марксистской теорией, которой руководствовались русские большевики. В согласии с общими принципами комиссарской диктатуры пролетариат (на первых порах российский, а затем и мировой) поручал своему авангарду - Коммунистической партии большевиков - установить в России (в дальнейшем - в мире) новый политический и социально-экономический порядок, отменив действие прежней правовой системы и ее административных и юридических институтов. Чрезвычайное положение было осмыслено в терминах закономерной революции. Таким образом, диктатура пролетариата имела идеологическое обоснование, строго определенную политико-историческую цель и фиксированную инстанцию, легитимирующую ее установление. Эта диктатура создала стройный корпус революционного права, позже переработанного в различных изданиях советских конституций. Тем не менее легитимность диктатуры пролетариата и комиссарский характер всей общественно-политической и правовой системы сохранялись на всем протяжении советской истории, вплоть до ее конца на рубеже 90-х. Иными словами, весь советский период мы жили в условиях диктатуры комиссарского типа.

    Следует подчеркнуть, что эта диктатура не отменяла системы демократических принципов и элементов - "народной демократии" в лице аппарата Советов, "демократического централизма", на котором основывалась деятельность Компартии. Кроме того, из идеологических предпосылок коммунизма была выстроена непротиворечивая и законченная система советского права, в которой комиссарские функции Коммунистической партии закреплялись законодательно в знаменитой 6-й статье Конституции. Легитимность классовой диктатуры сохранялась - хотя и в размытой форме - вплоть до перестройки.

    Когда советская система, основанная на диктатуре пролетариата, рухнула, ее место - начиная с 1991 года - заняла иная политическая модель. Эта модель, однако, также вписывается в разряд диктатур. Конец советской легитимности создал новую парадигму чрезвычайного положения. Члены ГКЧП попытались ввести свою диктатуру - основанную на стремлении предотвратить распад СССР и свернуть процесс "демократизации" и развала социалистической системы. Но диктатура не осуществилась. То, что последовало за нею, тоже было диктатурой, только иного типа.

    Разрушение СССР вскоре после провала августовского путча создало ситуацию правового вакуума, который стал немедленно заполняться волюнтаристскими действиями победившей в России либерально-демократической власти в лице Ельцина и его группы. Если возврат к диктатуре социалистически-державного типа провалился, то переход к либерально-демократической диктатуре, напротив, удался. Ельцин основывал легитимность своих действий, начиная с Беловежской Пущи, на мандате доверия чисто диктаторского свойства. Стройных правил правового поведения в процессе распада СССР не существовало и не могло существовать, и президент России по сути узурпировал право диктаторской власти для того, чтобы справиться с ситуацией по своему личному усмотрению.

    Ельцинская диктатура была частично комиссарской, а частично суверенной. Комиссарский ее характер состоял в том, что Ельцину было поручено неопределенной группой "реформаторов" ("комиссионерами") с опорой на еще менее определенное стремление народа к "переменам" (в каком, собственно, направлении, в то время никто четко сказать не мог) осуществить демократизацию политической системы и либерализацию экономики. С другой стороны, комиссарский характер ельцинского периода был существенно размыт тем, что группа "заказчиков" демократизации не была ясно оформлена, не обладала стройным идеологическим инструментарием и весьма произвольно толковала волеизъявление граждан. Этот вакуум заполнялся индивидуальной политической волей диктатора - Ельцина, который в определенных ситуациях вел себя, как типичный носитель суверенной диктатуры. Война в Чечне была начата им вопреки всякой легитимации со стороны "демократов", да и многие другие политические действия основывались на чистом произволе.

    Правление Ельцина неоднократно проявляло свою диктаторскую суть. В 1993 году, опираясь на революционную логику чрезвычайного положения, Ельцин вопреки всякой легальности расстрелял парламент, а потом навязал свой вариант Конституции, превращавший парламентскую республику в президентскую (без какого бы то ни было объяснения народу). В 1996 году вновь с опорой на чисто диктаторскую логику необходимости "спасения демократии" были фальсифицированы выборы, на которых победил лидер оппозиции Геннадий Зюганов, политически не способный тогда (да и позже) настоять на своей закономерной победе.

    Президентство Путина было успешным выходом из кризиса системы ельцинской диктатуры. На его фигуре сошлись представители двух основных властных групп ельцинского периода - либерал-реформаторы и "семья". Либерал-реформаторы все еще осознавали себя "учредителями" системы Ельцина и надеялись снова стать весомой силой, передав полномочия проведения либеральных реформ более молодому и прагматичному комиссару (диктатору). "Семейные" видели в Путине лишь гаранта безопасности ближнего окружения самого Ельцина, т.е. преемника почти в династическом смысле. Для оформления передачи власти те и другие обратились к широким массам россиян, уставшим от эксцессов ельцинской диктатуры, с новой патриотической и державной повесткой дня, читавшейся во всем образе Путина - силовика, молодого политика, державника.

    Путин был "продавлен" на высший пост системой эффективных технологий, которые властная верхушка освоила за время правления Ельцина. Процедура выборов и медийной раскрутки кандидата имела в этом случае прикладное значение. Но тем не менее успех патриотического оформления передачи власти преемнику Ельцина привнес в ситуацию дополнительное измерение. Это была еще не новая легитимность, но нечто на нее очень похожее.

    Путин был избран с помощью процедур "управляемой демократии", т. е. в модели "мягкой диктатуры". Но эта диктатура была не собственно путинская, не идеологическая, не комиссарская и не суверенная. Это была, скорее, инерция предшествующего периода, который все ближе подходил к критической черте. Власть Путина изначально основывалась на апробации его фигуры либерал-реформаторами (комиссарский аспект), на консенсусе мнений личной свиты бывшего диктатора, ушедшего на покой, "семьи" и на массовой популярности политического имиджа православного мускулистого патриота-государственника, олицетворяемого Путиным как личностью.

    В отличие от предшественника Путин за все правление ни разу не прибегал к диктаторским мерам, меняя лишь второстепенные правовые аспекты - введение процедуры назначения губернаторов или форсирование дела ЮКОСа. Не проявляя качеств суверенного диктатора, т. е. деспота, Путин не слишком считался и с "учредителями" прежней ельцинской диктатуры, и с прошлой придворной челядью.

    Параллельно этому изначально во многом пиаровский имидж "державника" становился все более и более весомым, что позволяло Путину позиционировать себя как конвенционального демократического правителя, опирающегося на массовую поддержку и лишь использующего централистскую структуру к этому времени уже легитимированной президентской республики.

    Хотя в истоках прихода Путина к власти лежит инерция либерально-политической (комиссарской) диктатуры и придворного олигархата, период его правления нельзя однозначно отнести к диктатуре какого бы то ни было типа.

    Но так обстояло дело до начала критического срока 2007-2008 годов. После небольшой путинской передышки Россия снова сталкивается с проблемой диктатуры. И не мудрено: ведь мы прожили под властью диктаторов (коммунистических или либеральных), как минимум, последние сто лет практически без перерыва.

    Карл Шмитт в других работах проводил фундаментальное различие между "легальностью" и "легитимностью". "Легальность" предполагает соответствие формальной стороне закона, правилам. "Легитимность" - более глубокая категория, связанная с политической и исторической оправданностью, обоснованностью того или иного действия, его связью с самосознанием народа, нации.

    В России к концу второго срока правления Путина эти две политико-правовые реальности все более входят в противоречие. С точки зрения "легальной" демократии, Путин должен в 2008-м уйти. Уходящий президент - правивший весь срок, не являясь членом никакой партии - может разве что выразить личное мнение о разных политиках, претендующих на президентское кресло, но это мнение не должно иметь особого значения. Частное мнение одинокого гражданина, не более того. Так оно и должно было быть, если бы в истоке самого прихода Путина к власти не лежали разные элементы собственно диктаторской системы, а сама Россия не сталкивалась бы с вызовами, которые требуют экстраординарных мер.

    В 2008 году будет заново ставиться вопрос о легитимности верховной власти в России, так как человек, который займет пост президента, будет обязан дать фундаментальный ответ о содержательности повестки своего будущего правления.

    А так как антагонистические напряжения в российском обществе и на самых верхах власти не улеглись, а внешнее давление, в первую очередь со стороны США, экспортирующих цветные революции в соседние с Россией страны, да и в саму Россию, только нарастает, то будущий президент нуждается в реальной легитимации гораздо больше, чем в простой легальности.

    Более того, легитимность - т. е. конкретный и основательный ответ на основные вызовы России и эффективность действий по снятию наиболее острых проблем (в первую очередь сохранение территориальной целостности) - будет намного перевешивать легальность. А значит, уйдет Путин с поста или нет, он обязан решить проблему диктатуры и ее нового содержательного наполнения.

    Если такой ответ будет дан, он может и не уходить или назначить преемника, или поправить Конституцию, или объединиться с Белоруссией или Казахстаном, или пойти на какой-то еще не до конца легальный по сегодняшним меркам шаг. Очевидно, так и будет происходить в ситуации, поскольку остатки ельцинской легитимности, основанной на интересах "либерал-демократов", западников и реформаторов, а также олигархов и "семьи", улетучились, и единственное направление, в котором может идти поиск обоснования грядущей диктатуры, - это державно-патриотический курс, ориентация на исторический реванш, воссоздание и укрепление суверенитета России, ее новая геополитическая динамика.

    Установление диктатуры в России в период 2007-2008 годов практически неизбежно.

    Как 100 лет назад мы вошли в полосу чрезвычайных ситуаций и фатальных вызовов, так в этой полосе и остаемся. И нам сейчас стоит думать не о том, диктатура или недиктатура, а о том, какая диктатура. С каким содержанием? Во имя чего?

    Диктатура в техническом смысле Шмитта отнюдь не является антитезой демократии. С диктатурой пролетариата сочетается "народная демократия", а с ельцинским деспотизмом - либеральные реформы "демократов". Так что и новый тип диктатуры вполне может сочетаться с сохранением и даже развитием демократических институтов. Но, правда, может и не сочетаться. Так как ни сам Путин, ни другие известные фигуры верховной власти не имеют признаков радикального волюнтаризма, необходимого для "суверенной диктатуры", скорее всего, новая диктатура в России будет носить характер "комиссарской". И учредителем такой диктатуры может выступить на сей раз гражданское большинство - народ.

    Если народ России выступит заказчиком грядущей диктатуры, то это будет форма "народной диктатуры", "национальной диктатуры", если понимать под "нацией" всю совокупность россиян без этнического членения. Путин или его преемник будет в первую очередь "комиссаром России", черпающим легитимность в воле народа к сохранению идентичности, к укреплению государственного суверенитета и сохранению территориальной целостности страны.

    Легальность такой системы будет вопросом второстепенным. Главное - вверение чрезвычайных полномочий верховному правителю, а тот вверит чрезвычайные полномочия второго порядка группе "опричных сподвижников".

    Комиссарская диктатура под эгидой национальной идеологии сможет установить экстренный контроль над государственной машиной, которая сегодня поражена эпидемией коррупции и действует совершенно неэффективно.

    Путин пришел к власти эволюционным, а не революционным образом и не имел достаточной свободы действий, чтобы приступить к жесткой повестке дня. Хотя говорил о ней с первых этапов правления. Как бы готовил нас к будущему. И хотя за словами сплошь и рядом не следовало действий - их и не могло последовать при таком состоянии бюрократического аппарата, но даже слова сыграли важную роль, подготовив будущее. Что касается демократии, то за последнее столетие мы имели дело с народной демократией и либеральной демократией. Ни та ни другая сегодня нас не удовлетворяют. Видимо, приходит момент обратиться к "демократии братства", к "национальной демократии", ярым приверженцем которой был Карл Шмитт.

    Впереди нас ждет диктатура. Но отчаиваться не стоит. Во-первых, нам не привыкать, во-вторых, есть основания считать, что на сей раз она будет отвечать интересам не узких групп олигархов и даже не классов, а всего народа, интересам нации, интересам России.

    Александр Дугин,
    руководитель Центра геополитических экспертиз
    экспертно-консультативного совета
    по проблемам национальной безопасности
    при Госдуме РФ,
    доктор политических наук
    Телепартия

    Александр Дугин: Постфилософия - новая книга Апокалипсиса, Russia.ru


    Валерий Коровин: Время Саакашвили уходит, Georgia Times


    Кризис - это конец кое-кому. Мнение Александра Дугина, russia.ru


    Как нам обустроить Кавказ. Валерий Коровин в эфире программы "Дело принципа", ТВЦ


    Спасти Запад от Востока. Александр Дугин в эфире Russia.Ru


    Коровин: Собачья преданность не спасет Саакашвили. GeorgiaTimes.TV


    Главной ценностью является русский народ. Александр Дугин в прямом эфире "Вести-Дон"


    Гозман vs.Коровин: США проигрывают России в информационной войне. РСН


    Александр Дугин: Русский проект для Грузии. Russia.Ru


    4 ноября: Правый марш на Чистых прудах. Канал "Россия 24"

    Полный видеоархив

    Реальная страна: региональное евразийское агентство
    Блокада - мантра войны
    (Приднестровье)
    Янтарная комната
    (Санкт-Петербург)
    Юг России как полигон для терроризма
    (Кабардино-Балкария)
    Символика Российской Федерации
    (Россия)
    Кому-то выгодно раскачать Кавказ
    (Кабардино-Балкария)
    Народы Севера
    (Хабаровский край)
    Приднестровский стяг Великой Евразии
    (Приднестровье)
    Суздаль
    (Владимирская область)
    Возвращенная память
    (Бурятия)
    Балалайка
    (Россия)
    ...рекламное

    Виды цветного металлопроката
    Воздушные завесы